Соскочить с языка. Можно ли писать по-русски, оставаясь при этом украинцем

Борис Херсонский

поэт, писатель, психолог, психотерапевт

Борис Херсонский поэт, писатель, психолог, психотерапевт

Соскочить с языка. Можно ли писать по-русски, оставаясь при этом украинцем

Одной из жертв русско-украинского идеологического конфликта стали отечественные литераторы, пишущие по-русски

96010

В этом году издательство “Фолио” выпустило объёмную антологию “Украинская проза и поэзия на русском языке”. Книга планировалась давно, но вышла к “Книжному арсеналу”. И хотя тексты, включённые в неё, заслуживают подробного анализа, сейчас разговор не об этом.

Речь не столько о книге, сколько об отношении к ней, и даже ещё проще — к её названию. Начнём с того, что первоначально книга называлась иначе: “Русская поэзия и проза Украины”. Но в ходе обсуждения в социальных сетях, надо сказать, весьма горячего, название изменилось.

В результате противоречие внешнее — потому что в обстановке необъявленной войны и аннексии части территории Украины РФ говорить о чём-либо русском в Украине как-то неудобно — сменилось на противоречие внутреннее: могут ли украинская поэзия и проза быть написаны по-русски? Сам я много раз говорил, что территория поэта — язык, на котором он пишет. Сейчас я добавил бы — в мирное время. В мирное время вообще всё проще. Можно издаваться в стране, где язык, на котором пишет литератор, является государственным. Можно получить языковую премию, в данном случае Русскую премию, — и не краснеть. Можно говорить на языке соседней страны и даже не знать языка своей — и не стыдиться. В конце концов, фактически наша страна как минимум двуязычна. Проблема не в том, что украиноязычная община не знает русского языка, а русскоязычная не понимает украинского. Проблема в том, что люди не хотят понимать друг друга, проблема во взаимной враждебности. Такая враждебность, или чуть мягче — настороженность, была и раньше. Но революционные события 2004-го и 2013 года и последовавшая за этим война превратила русский язык в “язык врага” для одной части граждан Украины, а для других — в объект “защиты”, что особенно печально, так как российская пропаганда упорно утверждает, что люди в Донбассе погибают за право “думать и говорить по-русски”.

А посему призрак “русского мира” встаёт за спинами русскоязычных авторов, какую бы позицию в отношении войны они ни занимали. Ситуация усложняется тем, что ряд литераторов (по счастью — далеко не первого ряда) в той или иной степени принимают позицию агрессора. Но сейчас речь скорее о тех, кто жёстко занял проукраинскую позицию. Кому отвратителен режим Путина. Кто не может без отвращения слушать РосТВ. И кто, кстати, помнит, что оба Майдана были двуязычными, что парни, говорящие на русском языке, воюют в АТО и гибнут за единую Украину.

“Призрак “русского мира” встаёт за спинами русскоязычных авторов, какую бы позицию в отношении войны они ни занимали”

Эта категория авторов явно оказалась между двух огней: их подвергают циничной и жестокой критике в РФ. И они же становятся объектом нападок со стороны украинских радикалов (есть ведь “языковый радикализм”). Не говоря уже о том, что самых последовательных врагов такие литераторы обрели совсем рядом — это другие русскоязычные авторы с другой гражданской позицией.

Антология авторов, которые пишут в Украине на русском языке, прежде всего свидетельство того, что мы существуем. И этот факт, как видно, следует признать безоговорочно. Точно так же, как и то, что в условиях необъявленной войны нас нельзя рассматривать как “украинский филиал русской литературы” с центром в Киеве или в аннексированном Крыму. Велик соблазн сказать, что в Украину переместилась совесть русской литературы, как в эпоху большевизма, когда лучшие литераторы творили в иноязычном окружении, в эмиграции… Но и это не так. Прежде всего значительные русские писатели и поэты живут не только в Украине. Похоже, что США, Германия и Израиль занимают здесь важное место. Но и ещё одна причина. Большинство русскоязычных авторов Украины ниоткуда и никуда не эмигрировало, либо “эмигрировало, не вставая со стула”, можно сказать и так.

Итак, мы существуем. Вот только что с нами делать? Напрашивается простой ответ: ничего. Литература на русском языке является частью культуры Украины. Можно сколько угодно говорить о том, что русский язык в Украине умирает и умрёт, что нужно срочно переходить на государственный язык… Оно, может, и так, но это не произойдёт в ближайшие десятилетия. Я уже не говорю о том, что русский язык останется языком межнационального общения на постсоветском пространстве. Именно на этом языке, как бы к нему ни относиться, мы общаемся с литовскими, эстонскими, грузинскими коллегами.

А о том, переходить ли русскоязычному автору на украинский язык, могу сказать, опираясь на свой опыт. Учить украинский и совершенствовать его — это, мне кажется, гражданский долг украинца (я имею в виду не этничность, а гражданство). По возможности нужно стремиться к полной билингвальности. Но, Боже, какого напряжённого труда это требует! И как страдает конечный результат! Впрочем, возможны варианты.

%d bloggers like this: